Вернуться на главную страницу
О журнале
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

Психологическая безопасность матерей, воспитывающих ребенка с особенностями в развитии

Козлова Н.В., Зуева Д.Е., Глебова И.А. (Томск, Россия)

 

 

Козлова Наталья Викторовна

Козлова Наталья Викторовна

–  доктор психологических наук, профессор, заведующая кафедрой генетической и клинической психологии; Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет», пр. Ленина, 36, Томск, 634050, Россия.
Тел.: 8 (382) 529-580.

E-mail: akme_2003@mail.ru

Зуева Дина Евгеньевна

Зуева Дина Евгеньевна

–  аспирант, ассистент кафедры генетической и клинической психологии; Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет», пр. Ленина, 36, Томск, 634050, Россия;

–  младший научный сотрудник Международного центра исследований развития человека; Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет», пр. Ленина, 36, Томск, 634050, Россия. Тел.: 8 (382) 252-95-02.

E-mail: zuevadina.tsu@gmail.com

Глебова Ирина Алексеевна

Глебова Ирина Алексеевна

–  магистрант программы «Психология безопасности и здоровья»; Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет», пр. Ленина, 36, Томск, 634050, Россия.
Тел.: 8 (382) 529-580.

E-mail: gpiryska@mail.ru

 

Аннотация

В данной статье рассматривается проблема психологической безопасности матерей, воспитывающих ребенка с особенностями в развитии. В работе проведен анализ понятия «психологическая безопасность» в ключе его применения к исследованию жизненного мира матерей «особых детей», сформулированы основные проблемы в этой области. Исследование проводилось в г. Томске на базе АПФ-центра «Потенциал». В исследовании приняли участие мамы детей от 3 до 11 лет с особенностями в развитии (РДА, РАС, ДЦП, СД, ЗПРР и др.). Выборку составили 32 респондента в возрасте от 25 до 45 лет (средний возраст участников — 35,3 года).

В качестве диагностического инструмента были использованы: тест жизнестойкости С. Мадди в адаптации Д.А. Леонтьева, тест смысложизненных ориентаций (в адаптации Осина, Рассказовой), шкала ситуативной и личностной тревожности Спилбергера — Ханина, методика исследования базисных убеждений личности Р. Янофф-Бульман (в модифицикация М.А. Падун, А.В. Котельниковой). Однофакторный дисперсионный анализ ANOVA выявил, что такие показатели как, «Вовлеченность», «Контроль», «Принятие риска», «Личностная тревожность» достоверно значимо ниже нормы. В то же время такие показатели, как «Цели в жизни», «Процесс», «Результативность», «Локус-Я», «Локус-Жизнь» достоверно значимо выше принятой нормы. Таким образом, говорить о полном эмоциональном благополучии матерей, воспитывающих ребенка с особенностями в развитии не следует, так как воспитание такого ребенка — это хронический стресс-фактор, отражающийся, так или иначе, на эмоциональном благополучии матери и ее психологической безопасности. Безусловно, необходимо продолжение исследования в этой области с целью расширить представление о жизненном мире матерей, воспитывающих особенных детей.

Ключевые слова: психологическая безопасность; дети с особенностями в развитии.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Введение

По традиции, сложившейся не только в нашей стране, но и за рубежом, проблемы семьи, которая воспитывает ребенка с особенностями в развитии, рассматриваются чаще всего через призму проблем самого ребенка [11; 12; 14; 19]. Родителям даются методические рекомендации и советы по вопросам поддержания здоровья, обучения и воспитания «особенных детей». Однако из поля зрения исключается один из важных аспектов, требующих особого внимания, а именно: сами родители ребенка с отклонениями в развитии, их психологическое состояние.

По данным ряда авторов ([5; 7; 8; 12; 18] и др.), во многом динамика развития ребенка зависит от принятия родителями информации о его заболевании, выбора стиля и тактики его воспитания, адекватного восприятия заболевания на всех этапах развития ребенка и сохранения уважительных отношений между всеми членами семьи.

Но какой ценой даются родителям все эти изменения? Что происходит с их собственным психологическим состоянием, восприятием окружающей действительности, отношениями между супругами и т.д.? Какие ресурсы помогают родителям найти в себе силы, чтобы создать гармоничную среду для роста и развития их «особого ребенка», сохранить свое собственное психологическое здоровье?

Как отмечают отечественные и зарубежные авторы, занимающиеся вопросами сопровождения семей с особенными детьми ([2; 7; 9; 13; 15; 21] и др.), рождение ребенка с особенностями развития либо выявление диагноза в первые годы его жизни — стресс-фактор для родителей, который сначала может проявляться как переживание шоковой ситуации, а в дальнейшем перейти в хроническую форму, так как влияние стресс-фактора воспитания особого ребенка сохраняется на протяжении всей последующей жизни родителей и отражается как на психологическом состоянии каждого члена семьи, так и на функционировании семьи как системы, и на взаимодействии семейной системы с обществом. Ребенок, рожденный с аномалией развития, не переживает в будущем так глубоко свой дефект, как его переживает семья, в которой он появился ([2; 7; 9; 13; 17; 21] и др.). Также данными авторами отмечается, что важнейшую роль в формировании у ребенка чувства безопасности и защищенности, а так же в его развитии в целом, играет мать. Для формирования у ребенка чувства безопасности важно ее психологическое самочувствие, ее гармоничные взаимоотношения с окружающими, отсутствие у нее страхов по поводу родов и излишних эмоциональных реакций на стрессы.

Именно мать — это тот человек, который чаще находится дома с детьми и задачей которого является воспитание и уход за ними. Ей даются все рекомендации и все объяснения различных специалистов. Именно она чаще всего проводит больше времени с особенным ребенком, занимается его лечением, отказываясь от работы и хобби. Неудивительно, что ее состояние можно охарактеризовать как далекое от эмоционального комфорта и внутреннего ощущения себя в безопасности [9; 13; 16; 17; 20; 21].

Опираясь на перечисленные точки зрения, мы можем говорить о том, что рождение в семье ребенка с особенностями можно рассматривать как дезорганизующее, деструктивное воздействие со стороны среды, угрожающее состоянию защищенности как целостной семейной системы (влекущее за собой ряд трансформаций в данной системе), так и состоянию целостности и защищенности конкретного члена семьи, в особенности матери. Деструктивное воздействие может препятствовать актуализации такой немаловажной функции женщины, как материнство, стать барьером, который самостоятельно женщина преодолеть не может, она начинает сомневаться в своей важности и значимости как матери.

Из этого следует, что основными аспектами, требующими пристального внимания специалистов, работающих с родителями особых детей, являются феномен психологической безопасности и разработка психологических приемов, направленных на повышение психологической безопасности матерей, воспитывающих ребенка с особенностями в развитии.

Однако способов, помогающих повысить уровень психологической безопасности, на сегодняшний день практически нет, поэтому исследованиям подобного рода свойственны недостаточность и фрагментарность.

Для лучшего помания проблемы психологической безопасности мы обратились к работе Ф.К. Мугулова [9], в которой он представляет общее понятие безопасности как «совокупность признаков, характеризующих стабильное состояние защищенности объекта от разного рода угроз и опасностей, действие которых может оказать негативное влияние на его структурную и функциональную целостность вплоть до полного разрушения или неконтролируемой трансформации в другое объектное качество» [Там же. С. 43]. А.Л. Романович [10] считает, что безопасность — это «способность объекта (явления или процесса) сохранять свои системообразующие свойства, основные характеристики (параметры, целостность, качественные характеристики и т.д.) при регрессивных (вредных, дезорганизующих, деструктивных, разрушающих) воздействиях со стороны различных предметов внешней либо внутренней среды…» [Там же. С. 50]. С точки зрения И.А. Баевой, понятие «безопасность» включает в себя «актуализацию возможностей личности, взгляд на жизненные препятствия, трудности, являющиеся способами выделениями ее важности и значимости» [1].

Исходя из представленных выше определений авторов, можно сказать, что одной из задач на данный момент является разработка психологических способов позитивного воздействия на уровень психологической безопасности, поскольку степень изученности в научной литературе феномена безопасности как таковой раскрыта достаточно широко. Однако непосредственно способы воздействия на уровень психологической безопасности матерей, воспитывающих особого ребенка, в научной литературе на данный момент не представлены.

Таким образом, можно обозначить ряд проблем:

1. Существует дефицит в исследованиях феномена психологической безопасности матерей, воспитывающих детей с особенностями в развитии, что препятствует решению задач по повышению уровня их психологической безопасности.

2. Имеется нехватка способов обеспечения уровня психологической безопасности, достаточного для нормального функционирования матерей, воспитывающих детей с особенностями и обеспечения их устойчивого и позитивного развития.

Исследование психологической безопасности матерей, воспитывающих детей с особенностями развития опирается на ряд положений:

– 

теоретические положения Н.А. Лызь [6], позволяющие рассматривать феномен психологической безопасности как сложное, комплексное явление, основными составляющими которого являются: отсутствие внешней опасности; актуальное психическое состояние, характеризующееся удовлетворением потребности в безопасности, отсутствием страха, тревоги, то есть эмоциональным комфортом; личностный ресурс, внутреннее чувство защищенности человека, складывающиеся в способность человека распознавать, предвидеть опасность и умение ее преодолевать;

– 

положения С. Мадди, Д. Крамбо, Л. Махолика и Д.А. Леонтьева [3] о параметрах психологической безопасности, делающие особый акцент на понятиях «жизнестойкость» и «смысл жизни», поскольку именно жизнестойкость как система убеждений о себе, мире и отношениях с ним позволяет человеку выдерживать и эффективно преодолевать стрессовые ситуации и, как следствие, поддерживать уровень психологического комфорта;

– 

теоретические позиции Т.М. Краснянской, дающие основания для исследования психофизиологического состояния человека, его эмоционального состояния, а также возможности для измерения этих параметров и определение причин психологического стресса; а также разработки К. Хорни, В.М. Астаповой, Т.М. Краснянской и др., описавших тревожность как основной индикатор психологической безопасности [4].

Для исследования психологической безопасности использовались следующие методы:

• 

Тест жизнестойкости С. Мадди в адаптации Д.А. Леонтьева, где жизнестойкость включает в себя три самостоятельных компонента: вовлеченность, контроль, принятие риска — и позволяет человеку выдерживать и эффективно преодолевать стрессовые ситуации. Шкалы: «Жизнестойкость», «Вовлеченность», «Контроль», «Принятие риска».

• 

Тест смысложизненных ориентаций (СЖО 24, в адаптации Е.Н. Осина, Е.И. Рассказовой), позволяет оценить источник смысла жизни, который может быть найден человеком либо в будущем (цели), либо в настоящем (процесс), либо в прошлом (результат), либо всех трех составляющих жизни. Шкалы: «Цели в жизни», «Процесс жизни», «Результативность жизни», «Локус контроля — Я», «Локус контроля — жизнь».

• 

Шкала ситуативной и личностной тревожности Спилбергера–Ханина. Шкалы: «Ситуативная тревожность», «Личностная тревожность».

• 

Методика исследования базисных убеждений личности Р. Янофф-Бульман (в модификации М.А. Падун, А.В. Котельниковой) для диагностики внутреннего чувства психологической безопасности, основанного на адекватной системе базисных убеждений, которое, по нашему мнению, является основой функционального ядра чувства защищённости. Шкалы: «Образ ”Я“», «Доброжелательность окружающего мира», «Справедливость», «Удача», «Убеждение о контроле».

Исследование проводилось в г. Томске на базе АПФ-центра «Потенциал», учреждения, где оказывается помощь семьям, воспитывающим детей с нарушениями в развитии и куда родители приходят самостоятельно с целью реабилитации своего ребенка. В исследовании приняли участие мамы детей от 3 до 11 лет с особенностями в развитии (РДА, РАС, ДЦП, СД, ЗПРР и др.). Выборку составили 32 респондента в возрасте от 25 до 45 лет (средний возраст участников — 35,3 года).

Результаты исследования

В таблице 1 представлены данные описательных статистик по показателям всех шкал, полученных в исследовательской группе в г. Томске, и значения норм, принятых для этих методик. Можно заметить, что показатели наших респондентов по шкалам «Жизнестойкость», «Вовлеченность», «Контроль», «Принятие риска», «Личностная тревожность» находятся ниже нормы. В то же время такие показатели, как «Цели в жизни», «Процесс», «Результативность», «Локус-Я», «Локус-Жизнь», находятся выше принятой нормы.

 

Таблица 1

Описательные статистики и результаты однофакторного дисперсионного анализа ANOVA для всех шкал методик

 

Для того чтобы выявить значимость различий между данными наших респондентов и показателями принятой нормы, нами был проведен однофакторный дисперсионный анализ ANOVA, результаты которого также представлены в таблице 1.  По результатам проведенного анализа можно отметить, что достоверно значимые отличия от нормы получены по таким показателям, как «Вовлеченность», «Контроль», «Цели в жизни», «Процесс жизни», «Результативность жизни», «Локус-Я», «Локус-Жизнь» и «Личностная тревожность». Достоверно отличающиеся от нормы значения графически представлены на рис. 1.

 

 

Рисунок 1. Показатели шкал, достоверно отличающиеся от принятой нормы

 

Обсуждение результатов

Анализ показателей жизнестойкости матерей, воспитывающих особенного ребенка, показал, что общий показатель жизнестойкости в группе респондентов находится в пределах допустимой нормы. Это может говорить о том, что участники нашего исследования обладают достаточно высоким уровнем жизнестойкости, необходимым для преодоления внутреннего напряжения, которое появилось в стрессовой ситуации рождения и воспитания особого ребенка. При этом более значима в ситуации наших респондентов убежденность в том, что случившиеся с человеком способствует его развитию за счет получаемых знаний и опыта.

Показатель жизнестойкости «Принятие риска» также находится в пределах допустимой нормы. Участникам исследования свойственно думать, что многое из того, что с ними случается, способствует их развитию за счет знаний, извлекаемых из опыта, — неважно, позитивного или негативного. Мамы, которые приняли участие в нашем исследовании, готовы идти на определенный риск, потому что в воспитании ребенка с особенностями в развитии необходимо пробовать все новые и новые методы воздействия на пострадавшие психические (или физические) функции.

По такому показателю жизнестойкости, как «Вовлеченность», который определяется как «убежденность в том, что вовлеченность в происходящее дает максимальный шанс найти нечто стоящее и интересное для личности», показатели исследуемой группы находятся немного выше среднего показателя нормы. Дисперсионный анализ подтвердил значимость этих различий (F = 8,19; p = 0,01). Это может говорить о том, что женщины в нашей выборке вовлечены в происходящее, могут получать удовольствие от той деятельности, которой занимаются, однако в личной беседе с психологом мамы очень часто говорили о том, что у них часто возникают ощущения, которые трактуются ими как отвергнутость, отсутствие уверенности в себе. Из этого следует, что нормальные показатели по данному параметру жизнестойкости полярные, т.е. при нормальных показателях, в зависимости от настроения испытуемого, может присутствовать как положительный, так и отрицательный компонент параметра «Вовлеченность».

Показатель жизнестойкости «Контроль» также достоверно выше значения принятой нормы (F = 25,83; p = 0,00). Можно говорить о том, что женщины из нашей выборки верят в то, что борьба позволяет повлиять на результат происходящего, и стараются держать все под контролем.

Исследование смысложизненных ориентаций по методике Д.А. Леонтьева показало, что в экспериментальной выборке показатели по всем шкалам методики СЖО находятся ниже средних значений нормы.

По субшкале «Цели в жизни» показатели в исследуемой группе достоверно значимо ниже, по сравнению со средним нормальным значением (F = 13,84; p = 0,00). Это может говорить о том, испытуемые данной выборки живут «одним днем», не строят далеко идущих планов. Мы полагаем, что воспитание ребенка с особенностями в развитии — тяжелый процесс, который предполагает наличие почти ежедневных изменений, требует умения матери адаптироваться и перестраиваться в процессе лечения. Поэтому многие мамы особенных детей не имеют возможности (или не считают нужным) ставить далекие цели.

Показатели субшкалы «Процесс жизни» говорят о том, воспринимает ли испытуемый сам процесс своей жизни как интересный, эмоционально насыщенный и наполненный смыслом. По данной шкале были выявлены достоверно низкие показатели, по сравнению с общепринятыми нормами (F = 27,85; p = 0,00), говорящие о том, что испытуемые не удовлетворены своей жизнью в настоящем; при этом, однако, ей могут придавать полноценный смысл воспоминания о прошлом или нацеленность на будущее.

Субшкала «Результативность жизни или удовлетворенность самореализацией», баллы которой отражают оценку пройденного отрезка жизни, ощущение того, насколько продуктивна и осмысленна была прожитая ее часть, в исследуемой группе показала пониженные показатели (F = 39,42; p = 0,00). Исходя из этого, можно предположить, что испытуемые в основном не удовлетворены прожитой жизнью, считают, что могли бы прожить ее по-другому, если бы не сложившиеся обстоятельства.

Низкие показатели по субшкале «Локус контроля — Я» (F = 7,11; p = 0,01) говорят о том, что испытуемые по большей части не верят в свои возможности контролировать события собственной жизни. Низкие показатели по субшкале «Локус контроля — жизнь» (F = 21,75; p = 0,00) могут свидетельствовать о том, что испытуемые убеждены в том, что жизнь человека неподвластна сознательному контролю, что свобода иллюзорна и бессмысленно что-либо загадывать на будущее.

Полученные данные исследования ситуативной и личностной тревожности по методике Спилбергера — Ханина позволяют нам говорить о том, что для большинства женщин данной выборки высокий уровень тревожности проявляется как устойчивая личностная характеристика. Были выявлены достоверно значимые отличия показателей нашей выборки от значений нормы по шкале «Личностная тревожность» (F = 15,33; p = 0,00). Это может объясняться тем, что воспитание ребенка с особенностями в развитии является постоянно действующим на матерей стресс-фактором, это становится их личным переживанием, и формируется постоянная личностная тревожность за состояние здоровья ребенка и его развитие.

В то же время тревожность как актуальное состояние, по результатам диагностики нашей выборки, у большей части респондентов находится на умеренном уровне, что свидетельствует в пользу того, что мать, так или иначе, справилась с воздействием стресс-фактора появления в семье особого ребенка и не находится в постоянном состоянии тревоги и беспокойства. Тревога актуализируется лишь в те моменты, когда проявляется положительная или отрицательная динамика развития ребенка, и сводится к минимуму, когда состояние здоровья ребенка можно охарактеризовать как стабильное. При этом, однако, внутри себя испытуемые всегда находятся в постоянной тревоге за ребенка, о чем и говорят высокие показатели личностной тревожности.

Анализ основных базисных убеждений показал, что средние показатели всех шкал находятся в пределах нормы. Не было выявлено значимых отличий от нормы ни по одной из шкал.

Выводы

В процессе данного исследования выявлен высокий уровень личностной тревожности матерей, воспитывающих ребенка с особенностями в развитии, что может быть связано с необходимостью женщины постоянно заботиться о больном ребенке, думать о нем, волноваться за его здоровье и благополучие; в связи с этим тревога за ребенка встраивается в структуру личности матери. Также были получены низкие результаты по методике СЖО. Это говорит о том, что у матерей, принимавших участие в исследовании, не полностью определены цели и смысл жизни, не найден источник смысла жизни, который может быть обнаружен человеком либо в будущем (цели), либо в настоящем (процесс), либо в прошлом (результат), либо во всех трех составляющих жизни. Поскольку по всем субшкалам данной методики результаты находятся ниже нормы, можно говорить о том, что у испытуемых низкая степень контроля своей жизни, не совсем сформирован образ будущего.

Показатели по методикам «Жизнестойкость» и «Шкала базисных убеждений», находящиеся в пределах допустимых норм, говорят нам о том, что в выборке преобладают женщины, по оценке которых серьезные проблемы у них отсутствуют, то есть им удалось справиться с принятием диагноза ребенка, его особенностей.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что говорить о полном эмоциональном благополучии матерей, воспитывающих ребенка с особенностями в развитии, не следует, так как воспитание такого ребенка — это хронический стресс-фактор, который так или иначе отражается на эмоциональном благополучии матери и ее психологической безопасности. В связи с этим возникает необходимость в создании определенных условий, которые бы способствовали позитивной динамике основных показателей психологической безопасности.

 

Литература

1.   Баева И.А., Волкова Е.Н., Лактионова Е.Б. Психологическая безопасность образовательной среды: развитие личности / под ред. И.А. Баевой. – М.: Изд-во «Нестор-история, 2011. – 272 с.

2.   Богданова Т.Г., Мазурова И.В. Влияние внутрисемейных отношений на развитие личности глухих младших школьников // Дефектология. – 2006. – № 5.

3.   Богомаз С.А., Гладких А.Г. Психологическая безопасность и ее измерение с помощью шкалы базисных убеждений // Вестник Томского государственного университета. – 2009. – № 318. – С. 191–194.

4.   Краснянская Т.М. Безопасность и опасность как феномены системы «человек» // Известия Южного федерального университета. Технические науки. – 2006. – Т. 56, № 1. – С. 238–247.

5.   Левченко И.Ю., Ткачева В.В. Психологическая помощь семье, воспитывающей ребенка с отклонениями в развитии: методическое пособие. – М., 2006. – 130 с.

6.   Лызь Н.А., Эксакусто Т.В. Психологическая безопасность в проблемном поле психологии // Сибирский психологический журнал. – 2010. – № 37. – С. 86–91.

7.   Майрамян Р.Ф. Особенности невротических расстройств в семьях умственно отсталых детей // III Всероссийский съезд невропатологов и психиатров: тез. докл. / под ред. В.М. Банщикова, Н.М. Шибанова. – М., 1974. – Т. 2. – С. 295–297.

8.   Мамайчук И.И., Мартынов В.Л., Пятакова Г.В. Социально-психологическое исследование семьи больных с детским церебральным параличом и психокоррекционная работа с родителями // Психологические исследования в практике врачебно-трудовой экспертизы и социально-трудовой реабилитации / ред. кол. Н.Б. Шабалина, Т.А. Добровольская, Л.А. Ширшова. – М.: ЦИЭТИН, 1989. – С. 98–104.

9.   Мугулов Ф.К. Безопасность личности: теоретические и прикладные аспекты социологического анализа: монография. – Сочи: РИО СИМБиП, 2003. – 243 с.

10.   Романович А.Л. Развитие и безопасность социоприродных систем: философско-методологический анализ: дис. … док. филос. наук. – М.: РГБ, 2003. – 418 с.

11.   Ткачева В.В. Психологическая помощь семьям, воспитывающим детей с отклонениями в развитии: автореф. дис. … канд. психол. наук. – М., 1999. – 15 с.

12.   Ткачева В.В. Психологическое изучение семей, воспитывающих детей с отклонениями в развитии. – М.: УМК «Психология», 2004. – 192 с.

13.   Чарова О.Б., Савина Е.А. Особенности материнского отношения к ребенку с интеллектуальным недоразвитием // Вопросы психологии. – 2008. – № 7. – С. 29–33.

14.   Benn R. Mindfulness training effects for parents and educators of children with special needs // Developmental Psychology. – 2012. – Vol. 48(5). – P. 1476.

15.   Dardas L.A., Ahmad M.M. Quality of life among parents of children with autistic disorder: A sample from the Arab world // Research in Developmental Disabilities. – 2014. – Vol. 35(2). – P. 278–287.

16.   Harper A. Respite care, marital quality, and stress in parents of children with autism spectrum disorders // Journal of autism and developmental disorders. – 2013. – Vol. 43(11). – P. 2604–2616.

17.   Li-Tsang C.W.P., Yau M.K.S., Yuen H.K. Success in parenting children with developmental disabilities: Some characteristics, attitudes and adaptive coping skills // The British Journal of Development Disabilities. – 2013.

18.   Olsen L.L. Safety-related concerns of parents for children with disabilities and chronic  conditions //  Journal  of  Developmental & Behavioral Pediatrics. – 2016. – Vol. 37(2). – P. 121–131.

19.   Resch J.A., Benz M.R., Elliott T.R. Evaluating a dynamic process model of wellbeing for parents of children with disabilities: a multi-method analysis // Rehabilitation Psychology. – 2012. – Vol. 57(1). – P. 61.

20.   Shilling V. Peer support for parents of children with chronic disabling conditions: a systematic review of quantitative and qualitative studies // Developmental Medicine & Child Neurology. – 2013. – Vol. 55(7). – P. 602–609.

21.   Woodman A.C. Trajectories of stress among parents of children with disabilities: A dyadic analysis // Family Relations. – 2014. – Vol. 63(1). – P. 39–54.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.922

Козлова Н.В., Зуева Д.Е., Глебова И.А. Психологическая безопасность матерей, воспитывающих ребенка с особенностями в развитии // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2016. – N 3(38) [Электронный ресурс]. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

  В начало страницы В начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2016 год

2015 год

2014 год

2013 год

2012 год

2011 год

2010 год

2009 год
Яндекс цитирования Get Adobe Flash player