Осипов В.П.

 

Вернуться на главную страницу
О журнале
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

В.П. Осипов — руководитель Института мозга им. В.М. Бехтерева*

Шамрей В.К., Чудиновских А.Г., Манизер Н.М.
(Санкт-Петербург, Россия)

 

 

Шамрей Владислав Казимирович

Шамрей Владислав Казимирович

–  полковник медицинской службы запаса, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач РФ, заведующий кафедрой психиатрии; Федеральное государственное бюджетное военное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова» Министерства обороны Российской Федерации, ул. Академика Лебедева, 6, Санкт-Петербург, 194044, Россия. Тел.: 8 (812) 329-71-89.

Чудиновских Анатолий Геннадьевич

Чудиновских Анатолий Геннадьевич

–  подполковник медицинской службы запаса, доктор медицинских наук, доцент, ассистент кафедры психиатрии; Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова, ул. Академика Лебедева, 6, Санкт-Петербург, 194044, Россия. Тел.: 8(812) 329-71-89.

E-mail: chag@yandex.ru

Манизер Наталья Марковна

Манизер Наталья Марковна

–  кандидат медицинских наук, доцент, врач-эксперт; СПб ГБУЗ «Городское патологоанатомическое бюро», Учебный пер., 5, Санкт-Петербург, 194354, Россия. Тел.: 8 (812) 338-94-99.

 

Аннотация. В публикации кратко описывается один из важнейших периодов жизни и творчества В.П. Осипова — его работа в должности руководителя Института мозга им. В.М. Бехтерева (Санкт-Петербург). Возникший в 1918 году институт объединял самые различные направления работы, в центре которых находилась личность человека (в норме и патологии). В работе института приняли участие многие именитые ученые того времени: антропологи, физиологи, психиатры, психологи, педагоги. Деятельность В.П. Осипова охватывала не только проблемы непосредственного руководства институтом, но и разработку методологических проблем изучения человека, исследования в области педологии, разнообразные прикладные области исследования, просветительскую работу и др. Институт мозга им. В.М. Бехтерева поддерживал взаимную связь более чем с 20 европейскими и американскими научными учреждениями и многими учеными. Внутри страны институт дал толчок к развитию многих научных центров в советских республиках.

Ключевые слова: В.М. Бехтерев; В.П. Осипов; В.Н. Осипова; Психоневрологическая академия; Институт мозга; медицинская психология; личность; В.Н. Мясищев; Б.Г. Ананьев.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

_______________________

* Настоящая статья представляет собой фрагмент развернутого жизнеописания В.П. Осипова, подготовленного к изданию группой ученых Военно-медицинской академии (Санкт-Петербруг).

 

 

В.М. Бехтерев перед кремацией

Один из самых известных периодов жизни В.П. Осипова начался после смерти его учителя, В.М. Бехтерева. В декабре 1927 года В.М. Бехтерев поехал в Москву на 1-й Всесоюзный съезд невропатологов и психиатров и 24 декабря неожиданно скончался. Обстоятельства его смерти были до того странные, что сразу появились слухи об отравлении. Слухи передавались, обрастали подробностями. В итоге на сегодняшний день существует 7 версий того, кто, как и по каким мотивам организовал это отравление, но убедительных доказательств ни одной из версий не имеется. К моменту смерти В.М. Бехтерев был бодр, активен и возглавлял Психоневрологическую академию, в состав которой входили Институт мозга, Патолого-рефлексологический институт, Детский обследовательский институт, Институт охраны здоровья детей и подростков, Отофонетический институт, Институт для умственно отсталых детей, Врачебно-воспитательный институт, Институт социального воспитания трудно воспитуемых, Институт глухонемых детей, Институт слепых и ряд научных обществ.

Спустя полтора года распоряжением по Главнауке № 89 от 4 апреля 1929 года В.П. Осипов был назначен директором одного из этих учреждений — Института по изучению мозга им. В.М. Бехтерева. Главнаука была сформирована в составе Академического центра Народного комиссариата просвещения (Наркомпроса) в 1921 году как государственный орган координации научных исследований теоретического профиля и пропаганды науки и культуры в РСФСР в 1921—1930 годах. К тому времени Институт мозга вступил во второе десятилетие своего существования. Он был организован Владимиром Михайловичем Бехтеревым 17 мая 1918 года.

Здание Института мозга на Петровской набережной

 

Для него выделили здание дворца главнокомандующего царской армией, великого князя Николая Николаевича на Петровской набережной и дотацию в 2 121 000 рублей. Дополнительно правительство предоставило Институту мозга 40 000 рублей в золотой валюте на приобретение заграничного оборудования и заграничные командировки.

Институт изучения мозга и психической деятельности начал работать 1 октября 1918 года и с самого начала вел активные научные исследования. Уже к 1924 году он состоял из пяти отделов: морфологии мозга, рефлексологии, младенческого (педологического) отдела, физиологии труда, научно-производственного отдела, включающего лабораторию научной организации труда. Широким фронтом велись исследования строения и функций нервной системы в условиях нормы и патологии. Особенности личности изучались методами экспериментальной психологии и рефлексологии. Разрабатывались проблемы профессиональной ориентации, пути повышения производительности труда на различных производствах. С течением времени в сферу внимания ученых института вошел труд не только рабочих промышленных предприятий, но и лиц некоторых интеллигентных профессий: делопроизводителей, актеров, художников и врачей.

Этими исследованиями научный коллектив Института мозга занимался по заданию губернского комитета Российской Коммунистической партии, Совета научной организации труда рабоче-крестьянской инспекции, промышленного бюро ВСНХ, губпрофсовета, Наркомвнешторга и других государственных, партийных и профсоюзных органов. К примеру, в 1924—1925 годах в институте изучалась работа сотрудников Ленинградской биржи труда, губсоцстраха, грузчиков Ленинградского порта, исследовалось делопроизводство в Севзапторге. Результатом этой деятельности были конкретные предложения по улучшению условий и повышению производительности труда рабочих и служащих. По согласованию с учебным управлением штаба Рабочее-крестьянского Красного Флота врачи и психологи (рефлексологи) Института мозга провели психотехническое обследование слушателей специальных военно-морских училищ: гидрографического, политехнического, инженерного.

В.М. Бехтерев среди сотрудников Института по изучению мозга и психической деятельности

 

При Институте мозга функционировали музеи сравнительной анатомии, рефлексологии, музей работ душевнобольных, музей психологии художественного творчества. Сотрудники Института создали кружки по научной организации труда при райкомах партии, при Доме работников просвещения, при Ленинградском университете. В университете они организовали также кружок рефлексологии. В Институте мозга готовились к научной работе и принимали участие в выполнении отдельных исследований многие преподаватели и студенты медицинских институтов, Института педологии и дефектологии и других научных и учебных заведений. С 1922 года при Институте мозга регулярно собиралось созданное Бехтеревым научное общество рефлексологии, неврологии и биофизики.

В.М. Бехтерев и А.Г. Иванов-Смоленский
в рефлексологической лаборатории Института мозга

Научные труды сотрудников Института мозга и других учреждений Психоневрологической академии по физиологии и научной организации труда публиковались в многочисленных периодических изданиях: «Вопросы труда», «Русский физиологический журнал», «Гигиена и здоровье рабочей семьи». Особенно часто они появлялись на страницах изданий, редактируемых Бехтеревым: «Вопросы изучения и воспитания личности», «Вопросы рефлексологии и физиологии нервной системы», «Вопросы психологии и рефлексологии труда», «Педологический вестник», «Вопросы изучения алкоголизма».

Поэтому к моменту прихода В.П. Осипова к руководству Институтом мозга его коллектив и основные направления научных исследований уже сформировались. В течение всего этого времени институт находился в ведении Главнауки Народного комиссариата просвещения РСФСР, а с приходом В.П. Осипова был переподчинен Народному комиссариату здравоохранения. Основной особенностью института было стремление к организационному единству всех научных дисциплин, изучающих человеческую личность.

Задачей института являлось не только изучение анатомии и гистологии нервной системы, протекающих в ней нервных процессов, их физики и химии, но и человеческой личности и ее деятельности. Особенности поведения и активной деятельности личности отслеживались начиная с момента ее рождения, при сравнительном исследовании человека и животных на различных этапах возрастного развития и, наконец, проводилось изучение личности в трудовой деятельности, теория и практика профессиональной консультации и профессионального отбора.

Кроме всестороннего исследования личности и условий ее правильного развития, рассматривались изменения личности, наступающие в результате отклонения от нормы. Такая установка на целостный подход к личности в ее общественно-трудовом поведении отличала Институт мозга от других научно-исследовательских институтов Советского Союза, в частности, от московского Института мозга, где основной упор делался на морфологическое исследование мозга различных людей в сравнении с мозгом В.И. Ленина.

Сохранив основные направления научных исследований, Виктор Петрович организовал новые. В 1929 году, по инициативе В.П. Осипова, при Институте мозга был открыт Психоневрологический вечерний университет рабочей молодежи, ставивший целью проработку вопросов организации труда, воспитания и всей организации человеческой личности в целом. Университет был организован Институтом мозга совместно с обкомом ВЛКСМ и рассчитан на шестимесячный курс обучения. В университет принимался актив цеховых ячеек ВЛКСМ, профсоюзный актив по направлению коллективов и фабрично-заводских комитетов. Руководил университетом сам В.П. Осипов [3, c. 53].

В.П. Осипов в пантеоне Института мозга

Музей сравнительной анатомии центральной нервной системы, организованный в Институте мозга еще профессором Е.Н. Павловским, после смерти В.М. Бехтерева был реорганизован в Музей эволюции нервной системы и сравнительной психологии. Впоследствии этим музеем заведовали профессора В.А. Вагнер, В.Н. Тонков и Г.С. Рогинский.

В.П. Осипов добился того, что в результате проведенной реорганизации экспозиция музея давала последовательно историческую картину эволюции нервной системы животных, а также характеризовала их типы и поведение. В существовавшем в Институте мозга пантеоне хранился головной мозг выдающихся людей: великого русского химика Д.И. Менделеева, академика А.Ф. Кони, академика С.Ф. Ольденбурга, основателя института В.М. Бехтерева, мозг руководителя ленинградской партийной организации С.М. Кирова.

Библиотека и рабочий стол В.М. Бехтерева

Кроме того, В.П. Осипов организовал в Институте мозга еще один музей — музей, посвященный своему учителю. Помимо памятника В.М. Бехтереву с урной, содержащей его прах после кремации, в музее находилась библиотека В.М. Бехтерева (10 000 томов). Эту библиотеку Владимир Михайлович сам передал Институту мозга. В экспозиции также были выставлены кресла, письменный и рабочие столы В.М. Бехтерева, врученные ему дипломы русских и иностранных обществ, юбилейные адреса, фотоснимки, венки и т.д. Третьяковская галерея подарила музею портрет В.М. Бехтерева, который написал его близкий друг И.Е. Репин в 1913 году.

Музей В.М. Бехтерева в Институте мозга.
Бюст В.М. Бехтерева и урна с его прахом
(скульптор М.Г. Манизер)

 

Портрет В.М. Бехтерева работы И.Е. Репина (1913 г.)

 

Музей проводил большую экскурсионную и лекторскую работу среди десятков тысяч студентов, школьников и трудящихся. Особую популярность музей имел среди учащихся. Музей Института мозга и Психоневрологический вечерний университет рабочей молодежи выполняли скорее не медицинские, а общеобразовательные функции. Они работали с людьми самых разных профессий, к биологии и медицине отношения не имеющими. Тем не менее, они с интересом посещали Институт мозга. Характерно письмо, которое написал В.П. Осипову директор школы ФЗУ Государственной швейной фабрики индивидуальных заказов товарищ Розенберг: «Мы занимаемся в кружке при музее Института мозга уже второй год. В кружке мы изучаем такие вопросы естествознания, которые имеют огромное значение для овладения культурой и для воспитания правильных взглядов на жизнь. Вы с большим вниманием и отзывчивостью удовлетворили наше желание работать при институте. Благодаря Вам руководство нашей школы обеспечило развитие юннатовского движения в ФЗУ» [9].

Музей Института мозга

 

Об общественной деятельности В.П. Осипова профессор Г.С. Рогинский писал так: «На протяжении всей своей жизни он занимался популяризацией научных знаний среди широких масс трудящихся. Он не только читал лекции в разнообразных аудиториях, но и выступал по радио, писал научно-популярные статьи и брошюры; по его инициативе и при его постоянном исключительно внимательном руководстве и помощи был создан музей анатомии и сравнительной психологии, впервые в мире дающий возможность видеть, как изменяющееся в процессе эволюции поведение животных связывается с эволюционным изменением их нервной системы. Музей Института мозга, благодаря руководству В.П. Осипова, был своеобразным научно-просветительным рупором в области сложнейших и кардинальных вопросов мировоззрения» [10, c. 67].

Когда после назначения В.П. Осипова Институт мозга был переподчинен Народному комиссариату здравоохранения, Виктор Петрович несколько изменил его задачи и структуру. Основной задачей Института мозга, по В.П. Осипову, являлось «всестороннее изучение строения и функций нервной системы в процессе развития, изучение развития психической деятельности на основе ее анатомо-физиологического субстрата и изучение механизмов возникновения и течения психопатологических процессов» [Там же. С. 60].

Формулировка основной задачи не была слишком жесткой. В.П. Осипов считал, что задачей Института было всестороннее изучение личности как нормальной, так и патологической, основных биологических и социальных факторов её развития и деятельности [3, c. 11]. Общий смысл этих формулировок не так далек от идей, которыми руководствовался при создании Института мозга В.М. Бехтерев. Тем не менее, приближались 1930-е годы, когда ожесточенные споры стали вызывать не научные факты, а термины, формулировки и их идеологическое содержание.

Структура Института мозга включала: I. Отдел морфологии, состоявший из двух отделений: 1) анатомии и гистологии нервной системы; 2) экспериментальной невропатологии. Отделом при В.М. Бехтереве и В.П. Осипове заведовал профессор Л.Я. Пинес. Отдел морфологии имел научные связи с Амстердамом, Берлином, Веной, Нью-Йорком, Парижем, Токио, Утрехтом, Франкфуртом и Цюрихом. Совместно с московским Институтом мозга имени Ленина изучались морфологические особенности мозга талантливых людей.

Л.Л. Васильев в лаборатории отдела физиологии
Института мозга

II. Отдел физиологии нервных процессов состоял из трех отделений: 1) отделения физиологии нервных процессов; 2) отделения биофизики нервных процессов; 3) отделения биохимии нервных процессов. Заведовал отделом все годы существования Института мозга профессор Л.Л. Васильев, который стал известен исследованиями в области парапсихологии, начатыми совместно с В.М. Бехтеревым. Отдел физиологии нервных процессов поддерживал научные связи с Берлином, Килем, Лейпцигом, Парижем и Франкфуртом.

Отдел рефлексологии Института мозга

III. Отдел рефлексологии считался основным или центральным отделом Института мозга. Он состоял из четырех отделений: 1) общей рефлексологии (заведующий А.Л. Шнирман); 2) индивидуальной реф-лексологии; 3) возрастной рефлексо-логии (заведующая В.Н. Осипова); 4) коллективной рефлексологии (заведующий М.В. Ланге).

Руководил отделом профессор В.Н. Мясищев, он же возглавлял отделение индивидуальной рефлек-сологии, в котором имелся специальный кабинет для исследо-вания гипнотического состояния. В.П. Осипов отмечал, что поскольку рефлексология противопоставляла себя как отечественной, так и зарубежной психологии, она находилась в «изолированном положении. Основная связь налаживалась с американским бихевиоризмом через Кларк-Университет в Массачусетсе» [Там же. С. 21, 23, 24, 27–33].

IV. Отдел дефектологии состоял из 12 отделений: 1) рефлексологического; 2) сколометрии и ментиметрии; 3) умственной отсталости; 4) трудновоспитуемости; 5) социогении; 6) тифлопедологии; 7) сурдопедологии; 8) клинического; 9) биохими-ческого; 10) терапевтического; 11) конституционального; 12) профпригодности и профориентации. Заведовал отделом сам В.М. Бехтерев, а после его смерти — А.С. Грибоедов.

Отдел развития Института мозга

V. Отдел развития (генетической рефлексологии) состоял из трех лабораторий: 1) рефлексологической; 2) биохимической; 3) гистологической. Заведовал отделом профессор Н.М. Щелованов. Объектами изучения в отделе были дети в возрасте от рождения до года. Они наблюдались в клинике педологии и невропатологии младенчества.

Кроме того, объектами изучения отдела были животные — собаки, кошки и морские свинки, которым частично разрушались полушария головного мозга.

Отдел труда Института мозга

Отдел труда Института мозга возглавлял сам В.П. Осипов. Он состоял из двух лабораторий: 1) гигиены труда (заведующий профессор В.П. Кашкада-мов); 2) профориентации и профотбора (заведующий А.Ф. Кларк).

Под руководством В.П. Осипова помимо отделов, существовавших при В.М. Бехтереве, в институте были созданы отделы, на первый взгляд дублирующие уже существовавшие: отдел физиологии центральной нервной системы (заведующий профессор А.О. Долин, затем профессор Э.А. Асратян); биохимии мозга (заведу-ющий профессор Е.Э. Гольденберг); психологии (заведующий профессор Б.Г. Ананьев) и невропсихиатрии (заведующий профессор В.Н. Мясищев, затем профессор В.П. Осипов). Тем не менее, перед каждым отделом ставились свои задачи, а в итоге все отделы сплачивались в единое целое, чтобы охватить общие для всего института проблемы. Не оставалась в стороне и кафедра психиатрии Военно-медицинской академии. Её сотрудники активно участвовали в научной работе Института мозга. В свою очередь, ученые Института мозга использовали кафедру психиатрии как свою клиническую базу.

Все исследования, проводимые в лабораториях института, вначале обсуждались на специальных заседаниях этих лабораторий, затем — в соответствующих отделах и, наконец, работы представлялись на обсуждение научной конференции Института мозга.

Конференция в Институте мозга 1933 г.
Слева направо: Пальцев Г. — представитель Петроградского райкома партии,
Левдонская — заместитель директора Института мозга, Осипов В.П. — директор Института мозга,
Мейерович Р.И. — научный сотрудник Института мозга, Воложанин — аспирант Института мозга,
Левин Г.З. — научный сотрудник Института мозга, Громов — аспирант Института мозга,
Вологдин — аспирант Института мозга, Таланкин А.А. — профессор отдела психологии
Института мозга

 

Нужно отметить, что в 1930-е годы изменилась как общая обстановка в стране, так и в науке, в частности. Власти стремились подготовить преданные партии молодые научные кадры. Аспиранты Института мозга в течение 3-х летнего обучения значительную часть времени проходили марксистскую подготовку в специальном семинарии Ленинградского института марксизма. Основным принципом в науке стал принцип партийности и классового подхода. Большевистская идеология непосредственно вторгалась в научную жизнь, партийные органы через своих представителей стремились контролировать научные учреждения, вмешивались в научные вопросы, слабо в них разбираясь. Ценность научных исследований определялась степенью их соответствия марксистским идеям. Отступление от них жестко пресекалось [Там же. С. 34–35, 38, 41].

Ученым, в том числе и В.П. Осипову, нужно было приспосабливаться к новым условиям. Перед сотрудниками Института мозга «поставили вопрос о необходимости создания при Институте специальной организации, целью и задачей которой было бы методологическое обоснование рефлексологии и смежных наук на основе наиболее правильной марксистской методологии. Эта организация была создана в ноябре 1928 г. совместно с Ленинградским институтом методологии марксизма» [Там же. С. 49]. Новое подразделение Института мозга называлось методологической комиссией. От партийных органов в качестве консультанта комиссии к Институту мозга был назначили И.Ф. Куразова и объявили, что «комиссия непримиримо борется и будет бороться со всякими механистическими и метафизическими извращениями в рефлексологии» [Там же. С. 50]. Разработали обширную программу работы комиссии, включавшую критико-методологическую оценку с марксистских позиций практически всех существующих учений о нервной деятельности. Кроме того, комиссией при институте был «организован учебный марксистский семинарий (кружок) и создана ячейка содействия Обществу воинствующих материалистов-диалектиков» [Там же. С. 53].

Методологическую комиссию Института мозга возглавлял сам В.П. Осипов. Подобная, не имеющая прямого отношения к науке и медицине работа, отнимала много времени. Тем не менее, нет никаких сведений о том, что Виктор Петрович жаловался или роптал на это. Более того, складывается впечатление, что он полностью разделял установку властей и стал убежденным коммунистом, как и его супруга Вера Николаевна, отдавшая работе в Институте мозга почти тридцать лет жизни: С 1920 по 1949 гг. она работала в институте, которому была глубоко предана, и прекратила свою работу только из-за тяжелой болезни, унесшей ее в могилу.

Вера Николаевна Осипова читает лекцию

В Институт мозга Веру Николаевну пригласил В.М. Бехтерев в 1920 году. Сначала она работала лаборантом в отделе гигиены умственного труда детей школьного возраста, затем — заведующей лабораторией возрастной рефлексологии. С 1933 года В.Н. Осипова занимала должность профессора в Институте мозга. Она создала в нем лабораторию по изучению психологии детства, отдел общей психологии и специальную лабораторию по изучению зрительного восприятия. Как рассказывали сотрудники Виктора Петровича и Веры Николаевны много лет спустя, на заседаниях ученого совета в Институте по изучению мозга им. В.М. Бехтерева, Виктор Петрович всегда советовался с Верой Николаевной, как и она с ним.

Основные научные исследования В.Н. Осиповой в период её работы в Институте мозга были сосредоточены в области медицинской педагогики, или педологии [16]. Этот, не употребляющийся в настоящее время термин, обозначал очень популярное в 1920-х годах направление, которое являлось попыткой с медицинских позиций подойти к проблеме обучения и воспитания. Совместно с В.Н. Мясищевым Вера Николаевна предприняла одну из первых попыток классификации трудных детей, учитывая при этом как их индивидуальные психологические характеристики, так и особенности семейного воспитания [11].

Вера Николаевна состояла в Президиуме педагогической секции в Ленинграде, участвовала в конференциях и комиссиях Народного комиссариата просвещения [6]. Была докладчицей на Всесоюзном педагогическом съезде, на съезде педиатров, на съезде охраны здоровья детей и подростков. В.Н. Осипова — одна из организаторов съезда по семейному воспитанию, участница Всероссийского съезда по изучению поведения человека, психоневрологических съездов, врачебных съездов в Лондоне и Будапеште. Она много ездила по стране, читала лекции по педологии в Киеве в Институте гигиены воспитания, в Тифлисе, Ростове, в Высшем педагогическом институте Минска. Ее ученики П.Н. Ильинский и Г.Н. Сорохотин занимали кафедры по педологии и по вопросам воспитания [8].

Но судьба педологии как науки сложилась непросто: «Педология, получив признание в верхах (посчитали, что это направление прогрессивно в деле воспитания нового человека), активно развивалась в СССР в 20-е годы XX века… на базе многочисленных научных лечебно-педагогических центров… Помимо обязательных психоневрологов в общих профилактических амбулаториях проблемы педологии решали специалисты педологических школ-санаториев… А некоторые исследователи начинали изучение вопроса с грудного возраста ребенка, проводили так называемые исследования в области микропсихиатрии… (Бехтерев)» [5].

Но к концу 1920-х годов обстановка в стране изменилась. По идеологическим мотивам партийными деятелями из «Коммунистической Академии» была организована тотальная ревизия всех гуманитарных направлений, школ и течений. Ставилась задача осуществить их «марксистско-ленинскую реконструкцию на основе принципов марксистской материалистической диалектики» [4]. К 1931 году очередь дошла до педологии и началась её жесткая критика: «Есть все основания считать, что преследование представителей психологической науки началось уже в 1931 г., а закончились в 1936 г. признанием педологии "лженаукой". 15 марта 1931 г. вышло постановление ЦК ВКП(б) "Все силы научных работников на теоретическую разработку проблем социалистического строительства и классовой борьбы пролетариата". Педологов обвиняли в формализме, меньшевиствующем идеализме, эклектизме и уводе идеологии от конкретных задач практики социалистического строительства» [7].

А.А. Портнов вспоминает: «Председателем питерского общества педологов был Виктор Петрович Осипов. Он имел постоянный пропуск в Кремль, открывал туда дверь, как говорится, ногой. Он был любимцем Сталина, почему — непонятно. Был принят в партию, минуя первичную организацию, прямо постановлением ЦК, одновременно со Чкаловым — во всех газетах писали об этом. Отсюда понятно, почему, несмотря на то, что он возглавлял педологическую организацию в Питере, ему не досталось на орехи. Он спокойно остался на своем месте — начальником кафедры психиатрии Военно-медицинской академии. Надо сказать, что хотя он пытался заступиться за своих гибнущих товарищей и коллег, даже при его положении в Кремле, ему почти не удалось ничего сделать. Но сам факт, что такой крупный психиатр, один из наиболее талантливых учеников Бехтерева, возглавлял педологическое общество, говорит о том, что это общество заслуживало того, чтобы его не закрывали. Виктор Петрович в авантюры не бросался. Если бы он не знал истинной ценности педологии как науки, как науки о человеке, как раздела антропологии, он никогда не возглавлял бы такое общество» [12].

С Анатолием Александровичем Портновым не во всем можно согласиться. То, что В.П. Осипов был принят в партию постановлением ЦК, минуя первичную организацию, соответствует действительности. Но о том, что он имел «постоянный пропуск в Кремль» — таких фактов обнаружить не удалось. «Открывать туда дверь… ногой» — такое поведение было для Виктора Петровича нехарактерно. Он вряд ли «был любимцем Сталина» — нет никаких сведений о том, что они когда-либо вообще встречались.

Идеологическая борьба с педологией продолжалась несколько лет. Педагоги и руководители органов образования были недовольны тем, что медики-педологи не только загружали учащихся большим количеством тестовых методик, но и пытались руководить процессом обучения и самими педагогами. Г.П. Колупаев так характеризовал эту борьбу: «В конце концов, педологию объявили универсальной наукой, призванной направлять все стороны учебно-воспитательной работы с детьми. Свои взгляды педологи подкрепляли ссылками на марксистское учение, хотя фактически они его вульгаризировали. Объявив педагогику "эмпирикой" и игнорируя ее роль в воспитании, педологи почти разделили учебный и воспитательный процессы. Это привело к тому, что практика педологов свелась к полному отрыву от педагога и школьных занятий. Проводились бесчисленные эксперименты, школьники и родители подвергались множеству обследований, должны были заполнять бесконечные анкеты и давать объяснения по заумным тестам. Дети, которые не выдерживали такие испытания, зачислялись в категорию трудных, умственно отсталых, не поддающихся воспитанию. Причем, влияние педологии распространялось на все детские учреждения». 4 июля 1936 г. вышло постановление ЦК ВКП (б) «О педологических извращениях в системе Наркомпроса». Этим постановлением было решено восстановить полностью в правах педагогику и педагогов, ликвидировать звено педологов в школах и изъять педологические учебники. Созданный еще В.М. Бехтеревым Институт педологии перестал существовать, около 200 педологов морским путем вывезли в Гамбург, а некоторых расстреляли [5]. Специалисты такого рода (детские и подростковые психологи) начали появляться в детских учреждениях только в конце ХХ века.

В.Н. Осипова также лично в этой борьбе не пострадала, хотя находилась в центре событий и принимала активное участие во всех дискуссиях. Инициаторами бурных споров зачастую выступали молодые комсомольцы. Они не слишком разбирались в научных тонкостях, но для них не существовало заслуженных авторитетов, ими двигало желание выдвинуться и сделать карьеру. Вот как пишет об этом дочь Осиповых Евгения: «Был такой период, когда психологию считали идеалистической буржуазной псевдонаукой, мама же была увлечена психологией, в особенности психологией ребенка. Однажды она вернулась домой глубоко взволнованная и возмущенная. Она присутствовала на каком-то (не помню на каком) большом собрании, и там выступал один из ответственных работников комсомола. В своем выступлении он громил педологию и психологов: “Вы подумайте, до чего дошли ученые, они занимаются психологией ошибки”. Мама как раз этой теме уделяла много внимания. Оратору бурно хлопала молодежь. “Ученые с мировым именем занимались этой проблемой. Надо помогать не делать глупых ошибок, и вдруг с трибуны, люди, ничего не смыслящие в психологии, громят ее”. “Мама, но они же и делают как раз ошибку, что ты расстраиваешься, подумаешь, какой-то юнец выступил”. Но юнец выступал в духе времени».

Виктор Петрович Осипов

События вокруг рефлексологии, к которой В.П. Осипов также имел непосредственное отношение, носили не менее драматический характер. В них Виктор Петрович был вовлечен через месяц после назначения на должность директора Государственного рефлексологического института по изучению мозга им. В.М. Бехтерева в Ленинграде. Как уже упоминалось, в ноябре 1928 года в институте была создана методологическая комиссия. Именно методологические проблемы (в свете теории марксизма-ленинизма) стали центральными во время дискуссий по рефлексологии [15, c. 10–11].

Дискуссию инициировали сами рефлексологи, видимо, предполагая, что она будет носить чисто научный характер [Там же. С. 5–13]. Поэтому методологическая секция Общества рефлексологии, неврологии, гипнотизма и биофизики выступила с предложением обсудить пути дальнейшего развития рефлексологии, наметить перспективы, критически осмыслить накопленный опыт 1. Рефлексологическая дискуссия проходила с 4 мая по 10 июня 1929 года и продолжилась на конференции и методологической комиссии, проходивших с 24 по 30 сентября 1929 года в Государственном рефлексологическом институте по изучению мозга им. В.М. Бехтерева в Ленинграде [13]. На этой конференции, защищая своего покойного учителя, В.П. Осипов указывал, что И.П. Павлов и его ученики с помощью слюнной железы изучали процессы, протекающие в больших полушариях мозга. Они не отрицали наличия психических реакций, но не занимались их изучением. В.М. Бехтерев же, применяя физиологический метод с учетом социальных факторов, пытался изучать поведение человека, основываясь на объективном методе изучения рефлексов. Виктор Петрович говорил, что рефлексологию Бехтерева нельзя отождествлять не только с физиологией, но и с физиологической психологией В. Вундта, рассматривающей явление психической жизни в дуалистическом аспекте. Отвечая тем, кто клеил рефлексологии Бехтерева ярлык механистической теории, Виктор Петрович пытался доказать, что она вполне соответствует методу диалектического материализма [15, c. 355–357].

Итогом обсуждения проблем рефлексологии и, одновременно, реактологии, явилась так называемая реактологическая дискуссия, проходившая в Москве в 1931 году. Эти итоги были для рефлексологов неожиданными и парадоксальными. Рефлексологии был предъявлен целый букет идеологических обвинений: осуществление классово-враждебного влияния в области психологии, протаскивание в нее под флагом марксизма идеалистических идей, отрыв теории от практики, «воинствующий эклектизм», «агностицизм», «кантианские извращения марксистско-ленинской теории отражения». Рефлексология характеризовалась как грубо-биологизаторское направление, основой которого являются механистические воззрения. Итогом стала ликвидация рефлексологии в директивном порядке [2].

Учение об условных рефлексах И.П. Павлова, основанное на экспериментах с операциями на пищеварительной системе собак было для властей проще и понятней, не содержало идеологического подтекста, не претендовало на философские обобщения. После смерти Иван Петрович был превращён в символ советской науки. Его учение (в резком противоречии с собственными взглядами Павлова) стало догмой, отступление от него считалось крамолой. Под лозунгом «защиты павловского наследия» развернулась борьба за власть и ведущие должности в медицине, подверглись гонениям лучшие ученые страны. Апогеем борьбы за «чистоту учения И.П. Павлова» были Объединенная сессия АН и АМН СССР 1950 года и объединенное заседание расширенного президиума АМН СССР и пленума правления Всесоюзного общества невропатологов и психиатров 11—15 октября 1951 года, на которых известные психоневрологи страны были подвергнуты жесткой критике и сняты со своих должностей. Сам Виктор Петрович до этого не дожил, но некоторые его ученики были в самом центре этих событий [14].

Несмотря на все парамедицинские и паранаучные идеологические проблемы, Виктору Петровичу удавалось эффективно руководить Институтом мозга и одновременно кафедрой психиатрии Военно-медицинской академии [1]. В эти непростые годы никто из его сотрудников от репрессий не пострадал и они с большой любовью и уважением относились к своему руководителю.

Ваза — подарок В.П. Осипову и надпись на ней

 

Научный потенциал и продуктивность исследовательской работы института была очень высокой: «За годы руководства В.П. Осиповым Институтом мозга выпущено 18 томов ученых трудов института, из них отдельные тома публиковались под непосредственной редакцией В.П. Осипова. Своими работами, получившими высокую оценку в Советском Союзе и за границей, Институт мозга приобрел мировую известность. Он поддерживал взаимную связь более чем с 20 европейскими и американскими научными учреждениями и многими учеными» [10, c. 67]. Это передовое научное учреждение после смерти В.П. Осипова прекратило свое существование.

 

_______________________

1 Журн. невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 1930. № 5. С. 142.

 

Литература

1.   Ананьев Б.Г. Психология педагогической оценки / при участии Л.И. Сергеева // Труды Гос. института по изучению мозга им. В.М. Бехтерева. – М.; Л.: Гос. изд. биол. и мед. лит. – 1935. – Т. 4. – 146 с.

2.   Беляев Б.В. Начало конца рефлексологии // Психология. – 1930. – Т. 3, вып. 1. – С. 137, 138, 141.

3.   Государственный рефлексологический институт по изучению мозга имени В.М. Бехтерева. Справочник. – Л.: Изд-е Рефлексологического института им. В.М. Бехтерева, 1930. – С. 53.

4.   Гур В. Хроника на конференции учреждений НКП и НКЗ по вопросу организации исследовательской работы в педологии политехнизма и детского труда // Педология. – 1930. – Вып. 5/6. – С. 705.

5.   Колупаев Г.П. Очерки истории отечественной общей и военной психиатрии. – М.: ГВКГ им. Н.Н. Бурденко, 2005. – С. 186.

6.   Моложавый С.С. Педология на I съезде по изучению поведения человека // Педология. – 1930. – Вып. 3. – С. 338.

7.   Осипов В.П. Педологические извращения и их значение для психоневрологии: докл. на пленар. заседании Общества психиатров и невропатологов, 17 дек. 1936 г. // ЦГА СПб. Ф. 3253. Оп. 1. Ед. xp. 17. Л. 14 об.

8.   Осипова В.Н. Автобиография // ПФА РАН. Ф. 952. Оп. 1. Ед. хр. 2. Л. 2.

9.   Пинес Л. Виктор Петрович Осипов – директор Института мозга им. Бехтерева // Бюллетень ВМА КА им. С.М. Кирова. – 1945. – 29 дек. – С. 4.

10.   Полякова М.Я. Жизнь и деятельность В.П. Осипова. Из истории отечественной психиатрии. – Л.: Воен.-мед. ордена Ленина акад. им. С.М. Кирова. – 1967. – C. 67.

11.   Полякова М.Я. Дважды доктор наук // Вечерний Ленинград. – 1978. – № 50 (1 мар.). – С. 3.

12.   Портнов А.А. Воспоминания о развитии отечественной психиатрии: лекция для врачей-психиатров Моск. обл., прочитанная 15 апр. 1999 г. / записана В.Я. Евтушенко // Сб. науч. тр., посвящ. 30-летию каф. психиатрии, наркологии, психотерапии фак. последиплом. образования ГОУ ВПО Моск. гос. медико-стоматол. ун-та Росздрава. – М., 2010. – С. 8–37.

13.   Рончевский С. I-й Всесоюзный съезд по изучению поведения человека. Патолого-клиническая секция. 25 янв. – 1 февр. 1930 года // Врачеб. газ. – 1930. – № 7. – Стб. 556, 558.

14.   Сессии, конференции и заседания Академии медицинских наук СССР, посвященные творческому обсуждению актуальных проблем советской медицины (1950–1952 гг.). – М.: Изд-во АМН СССР, 1953. – С. 5–22.

15.   Стенографический отчет I Всесоюзного съезда по изучению поведения человека. – Л.; М.: Гос. мед. изд-во, 1930.

16.   Страхов И.В. Проблема изучения типов в психологии // Психология. – 1929. – Т. 2. – Вып. 1. – С. 110.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.9(092)

Шамрей В.К., Чудиновских А.Г., Манизер Н.М. В.П. Осипов — руководитель Института мозга им. В.М. Бехтерева // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2016. – N 4(39) [Электронный ресурс]. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

  В начало страницы В начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2016 год

2015 год

2014 год

2013 год

2012 год

2011 год

2010 год

2009 год
Яндекс цитирования Get Adobe Flash player